«  
  »
П В С Ч П С В
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 

 

Издается

с 1 января

1981 года,

Выходит

3 раза

в неделю

Правда севера

рейтинг

Главная

ВЕСЬ АПРЕЛЬ ПРОШЛОМУ НЕ ВЕРЬ

На Севере апрель не похож сам на себя. Из-за постоянных вихрей, оттепелей да первой грязи он больше смахивает на март.
Только это всё-таки апрель. Со всеми присущими ему атрибутами и праздниками - Днём космонавтики, днём рождения вождя мирового пролетариата Владимира Ленина.

Когда-то апрель был идеологически окрашен. Как май или ноябрь. В ноябре повсеместно разворачивались кумачовые массовые демонстрации. В мае алел Первомай, следом громыхал медью и бронёй парадов святой День Победы.
Но даже в сравнении с маем и ноябрём у апреля был особый флёр. Ко Дню космонавтики по ТВ всегда шли серьёзные фильмы о покорителях космоса, транслировались праздничные концерты. А 22 апреля самых прилежных третьеклашек торжественно принимали в пионеры. Им повязывали галстуки и учили правильно салютовать друг другу. От всего этого детские сердца переполнялись кипучей гордостью - за себя-молодца, да и за великую нашу страну. Ту, что называлась СССР. О нём сегодня вспоминают всё чаще.
На телевидении теперь много одинаковых программ, где гости в студии садятся в кружок, начинают перебивать друг друга, орать и обзываться. А ведущий смотрит на них с весёлой ненавистью и приговаривает: увидимся завтра, не переключайте канал.
Наверняка в эфире скоро появится передача и про минувшую советскую эпоху. Аудитория снова расколется на два лагеря. Одни будут доказывать, что в прошедшем времени было хорошо: уютно, стабильно и относительно сытно. Великие стройки гремели одна за другой. Эхо спортивных побед разносилось по всей планете. Это будет чистая правда.
Стройки и правда были, да такие, на которые экономика опирается до сих пор. Про силу советского спорта тоже ничего не преувеличено. Об этой силе знали даже мы, сельские пацаны, бегавшие гонять шайбу на замёрзший пруд. Да ладно бы если б это была действительно шайба. Часто играли то консервной банкой, то каблуком, оторванным от старого отцовского сапога. Настоящие шайбы в сельмаг привозили редко.
Но кто из-за этого парился? В детстве, когда сердечко колотится новеньким моторчиком, для счастья нужна самая малость. И мы умели быть счастливыми.
Это сразу видно на старых фотографиях. Хоть в толстом домашнем альбоме, хоть на чьей-нибудь страничке в «Одноклассниках». Мы все там вихрастые, как попало одетые, тощие, чумазые и бесконечно радостные.
Пускай мы видели мандарины раз в году - в новогоднем кульке, что родители приносили с работы. Пускай кто-то приходил на нашу поляну для игры с магазинным пластмассовым щитом и мечом - мы, остальная шантрапа, ясный пень, тихонько завидовали «блатному». Но тут же выстругивали себе клинки из досок, под щиты приспосабливали крышки от старых бочек, а потом в пылу жаркой сечи бескорыстно обменивались оружием, и самодельные латы оказывались ничуть не хуже фабричных.
Да что там латы… Лет через пять мы как-то резко взрослели. Появлялась нужда в свежих магнитофонных записях или фирменных нашлёпках на смешных польских джинсах.
Нашлёпки эти пришивали сами. Очень просто: спорешь нашивку с подкладки кримпленового отцовского пиджака - чешского, плюс немного фантазии, немного фломастеров и работы утюгом, и польские штанцы с пришитой этикеткой вроде как выглядят «под фирму». С музыкой было ещё проще. Переписывали кассеты друг у друга, и всего делов. Когда родители совсем обалдевали от нашей музыки, мы забирали магнитофоны и уходили куда подальше. Например, в баню. А чего? Две розетки есть, шнур с собой, больше ничего не надо.
Ещё в той жизни были блат и дефицит. Сейчас и слов-то таких не осталось. Да и вся та жизнь куда-то подевалась. Вместо неё в начале девяностых пришла другая. Со всеобщей нищетой, развалом, безвременьем, кровью и войнами. Она пришлась на детство наших младших братишек и сестрёнок. И они теперь вспоминают то смутное время как благословенные годы, когда у них появились первые игры «Денди», Чак Норрис и Брюс Ли на видеокассетах, шоколадки с арахисом и свитера «Бойз». И ещё, наверное, вспоминают, как они, дети вдруг обедневших родителей, терялись перед разом заполнившимися витринами.
А потом выросли наши дети. У них другие игрушки и свои радости. И когда мы рассказываем им про своё детство, то, по правде говоря, невольно лукавим. Перед ними, да и перед самими собой. Почему-то так получается, что когда вспоминаешь былое, оно вырисовывается как что-то святое и светлое. А это неправда. Почти все мы тогда жили почти одинаково, пусть в жизнерадостной, но нищете. Да по-другому тогда и нельзя было. Ещё и война ушла недалеко.
Кто-то скажет - это свойство памяти, она ведь избирательна. По-моему, дело не в этом. И пусть те, кто защищает советское прошлое, во многом правы, в главном с ними можно поспорить. Ностальгируя по былой эпохе, мы ведь скучаем-то не по твёрдым ценам, не по очередям на холодильники и ковры, не по громоздким пальто от Мосшвейпрома.
Это тоска по молодости. А она, на какое бы время ни выпала, плохой не бывает. Пытаться вернуть её - всё равно что подъехать к автосалону на бричке. Эффектно, но глупо. И глупо верить, что светлое прошлое можно возвратить. Что-то перенести из него необходимо, а целиком вернуть уже нельзя. Только вот помнить о нём обязательно надо.
 
Александр Белов

Облако тэгов